Нашёл информацию о Капитане П. В. Базановe – совершил 219 боевых вылетов, сбил лично 19 и в группе 3 самолёта противника. 26 Октября 1944 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с врагами, ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Информация с peoples.ru

Родился 10 января 1923 года в деревне Рамешки Шаховского района Московской области. Супруга – Аржанова Галина Николаевна. Дети: Татьяна (1957 г. рожд.), Александр (1950 г. рожд.), Валерий (1956 г. рожд.).В 1939 году Петр окончил школу ФЗУ при Люблинском ремонтном заводе. В 1941 году поступил в Качинское училище летчиков. В 1943-1944 годах воевал в качестве летчика, заместителя командира эскадрильи. С 1944 года – командир эскадрильи. В 1944 году был удостоен звания Героя Советского Союза.

После войны окончил академию ВВС имени Гагарина (1958) и Военную академию Генерального штаба (1973). Служил командиром полка (1958-1960), заместителем командира, затем командиром истребительной авиадивизии (1960-1967), заместителем командующего воздушной армии (1967-1972), командующим воздушной армии (1972-1974), заместителем начальника боевой подготовки ВВС (1974-1982), начальником службы безопасности полетов (1982-1985). С 1986 года по настоящее время работает ведущим конструктором завода МВЗ. Параллельно возглавляет совет ветеранов Московского комитета ветеранов войны.

Герой Советского Союза П. В. Базанов награжден орденом Ленина, орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, тремя орденами Отечественной войны I степени, тремя орденами Красной Звезды, многими другими наградами.

Живет и работает в Москве.

Биография

Впервые Пётр Базанов увидел самолёт, когда в пяти километрах от деревни сел в поле пассажирский “Сталь-3″. Все деревенские мальчишки рванули к месту посадки, но не успели – самолёт улетел. Другое летающее чудо – гигант “Максим Горький”, Пётр увидел в небе, когда уже переехал в подмосковный город Люблино. Научиться управлять крылатыми машинами самому – о чём ещё оставалось мечтать ?! Но каким образом это сделать, Пётр ещё не представлял. Окончив 7 классов и школу ФЗУ, он работал слесарем – инструментальщиком на Люблинском литейном заводе.

Однажды его друг Сергей Синьдеев пожаловался: хочет поступить в аэроклуб, но вот уже три раза приходит на медкомиссию – и бракуют по зрению. “Может, поедем вместе в Подольский аэроклуб, ты за меня пройдешь этого глазника ?”, – попросил он. Пётр прошёл за друга комиссию, но и ему самому хотелось проверить себя в новом деле. В конце 1939 года Пётр Базанов поступил в Подольский аэроклуб, располагавшийся у станции Силикатная, километрах в 10 – 15 от Подольска. Там он учился немногим больше года. Освоил полеты на У-2, а после выпуска, как имевший хорошую лётную подготовку, поехал в Крым для продолжения обучения в Качинском авиационном училище лётчиков.

Прибыв на место в Декабре 1940 года, уже через три месяца, после принятия присяги, приступил к полетам. Летали интенсивно. За короткое время Базанов освоил пилотирование самолёта УТ-2, а к началу Июня и УТИ-4. На лётную практику в Мае 1941 года курсанты отправились на полевой аэродром в Альма – Тамак, располагавшийся на берегу Чёрного моря.

Утром 22 Июня весь лагерь был поднят по тревоге. “Часов до 12 находились в поле, не понимая, в чем дело. Почему нет отбоя тревоги, почему нам ничего не говорят ? Хотя были видны всполохи над Севастополем”… Вдруг в сторону Румынии чётким строем в колонне девяток, как на параде, над курсантами прошли бомбардировщики “СБ”. И наконец им объявили, что началась война. Всё стало ясно, а в исходе первого налета бомбардировщиков никто не сомневался: “Ну, дадут им наши бомбардиры по первое число !”

Учеба в Каче продолжалась, но летать стали меньше. Пётр Базанов к концу Июня совершал уже самостоятельные полеты на И-16. В Июле приступили к эвакуации училища из Крыма в глубь страны. Маршрут не сообщался. Чуть позже, следуя по железной дороге, курсанты узнали, что их конечная точка – Красный Кут Саратовской области ( в то время ещё называвшейся республикой немцев Поволжья ).

Там лётная подготовка курсантов продолжилась, но в основном на УТИ-4 – боевые И-16 почти все были отправлены на фронт. Требовалось осваивать новые истребители, выпускавшиеся промышленностью. В “Каче” рассматривали варианты: на каком типе истребителя продолжать обучение курсантов ? Их знакомили то с МиГ-1, то с ЛаГГ-3. Наконец решили: обучение продолжать на истребителе Як-1. Но только ранней весной 1942 года в училище прибыло два “Яка”. Обе машины получила эскадрилья, в которой числился Пётр Базанов. Его, вместе с другом Женей Бурлаковым, в порядке эксперимента выпустили без провозных полетов ( “поскольку не было, на чем провозить” ) на новом для училища типе самолета.

В конце Мая 1942 года Пётр Базанов закончил Качинское училище и вместе с другими был направлен в город Кузнецк, в запасной авиаполк, оснащённый “Яками”. Немногим позже туда же, после завершения Сенявинской операции, прибыл для пополнения и переучивания на Як-1 и 3-й Гвардейский авиаполк. Но командир полка Подполковник Шпак приступать к освоению Як-1 не спешил, будучи настроен получать истребители Ла-5: руководимая им авиачасть имела опыт действий на ЛаГГ-3, и переучивать лётчиков было значительно проще и быстрее именно на истребитель Лавочкина.

О нецелесообразности перехода на “Яки” комполка обратился в вышестоящие инстанции. Его аргументы оказались весьма убедительными, и полк отправился на Горьковский авиазавод для получения только что запущенных там в серию Ла-5. А для пополнения лётного состава авиачасти её командованием в запасном полку были отобраны двое: Пётр Базанов и Евгений Бурлаков.

Когда лётчики прибыли на аэродром Сейма получать Ла-5, первые из серийных машин уже выходили из заводских цехов. Базанову достался третий по счету самолет 1-й серии. “…Называли их поначалу ЛаГГ-5. Пять баков, пять точек. Из – за недоработки конструкции маслонасоса на этих машинах после запуска мотора нужно было держать повышенные обороты – до 1500. Если мотор работал на малом газу, то потом невозможно было увеличить обороты. Приходилось выключать его и сливать масло.”

Переучивание прошло очень быстро и 3-й ГвИАП вскоре перебросили под Москву. Там приступили к тренировкам по боевому применению истребителей; там же, в Подмосковье, на полигоне под Ногинском, Пётр Базанов впервые увидел Ме-109: на этом самолете, захваченном у немцев, летал лётчик – испытатель НИИ ВВС. В конце Октября 1942 года, по завершении тренировок, 3-й ГвИАП был направлен на Калининский фронт, в район Западной Двины – для приобретения опыта полётов на новой машине в реальной обстановке. Там Базанов совершил несколько боевых вылетов.

5 Ноября 1942 года полку была поставлена задача – перебазироваться на тыловой аэродром Сталинградского фронта. Перелетев на новое место, лётчики стали изучать район боевых действий, техсостав – готовить матчасть к предстоящим боям. 15 Ноября – опять переезд, ближе к линии фронта, на аэродром Ленинск. Боевых задач полку не ставилось. Летала на боевые задания только соседняя авиачасть, оснащенная машинами Як-1.

“Был такой случай. Каждый день в 9:00 утра над аэродромом появлялась пара Ме-109. Если в это время производился взлёт наших самолетов, немцы их атаковывали и сбивали. Решили это хулиганство прекратить. Зная педантичность немцев, командование подняло пару Ла-5 в 8:50. Они ушли в сторону, развернулись и в 9:00 утра появились над аэродромом, куда точно в то же время пришла пара “Мессеров”. Как же крутился немец – ведущий, чтобы уйти из – под удара наших Ла-5 ! Но его сбили, ведомый ушёл. Больше над нашим аэродромом немцы не появлялись”.

С началом наступления войск Юго – Западного, Сталинградского и Донского фронтов 3-й ГвИАП получил задачу прикрывать сухопутные войска от ударов авиации противника, а после окружения группировки немцев под Сталинградом – уничтожать авиацию противника, особенно его транспортные самолёты. Для этого полк перебазировался на аэродром Нижний Караичник.

5 Декабря 1942 года, находясь на дежурстве, Базанов сбил свой первый самолёт – немецкий транспортник Ju-52. Тот шёл на малой высоте, под нижней кромкой облаков через аэродром истребителей. Дежурная пара Ла-5 пошла на взлет, но у ведущего на разбеге отказал непрогретый мотор, и Пётр взлетел на перехват транспортника один. Подошел к “Юнкерсу” сзади и с расстояния порядка 50 – 100 метров дал очередь по крыльевым бакам. Те, кто находились на аэродроме, наблюдали, как “Юнкерс” окутался дымом и рухнул на границе лётного поля.

Сам Пётр Базанов в момент атаки этого не успел заметить. Едва избежав столкновения с немецкой машиной, он проскочил между плоскостью и фюзеляжем – и сразу же влетел в облака. Правда, облака были тонкими, Ла-5 тут же выскочил из них на солнечный свет. Базанов выполнил “стандартный” разворот, как этому учил командир, выпустил шасси и пошёл на посадку. “Получилось – полёт по кругу.” Когда он пробил облака, увидел на земле горящий “Юнкерс”, а выруливая – своего улыбающегося техника.

“Базановский” Ju-52 был не первым самолетом такого типа, сбитым лётчиками полка, но этот упал прямо на аэродром. Поверженную машину изучали, в особенности – содержимое её грузового отсека. “Юнкерс” был загружен упакованным в полиэтилен эрзац – хлебом, мёдом ( вытащили 5 бочек ), сигаретами… Последних оказалось значительное количество, ими до отказа загрузили полуторку. За сигареты Пётру Базанову особенно был благодарен техсостав.

В этот же день Пётр увеличил свой боевой счет. Полк пошёл прикрывать Ил-2, вылетевшие на штурмовку аэродрома в Дубинском. При подходе к цели Базанов заметил, что с лётного поля взлетели несколько Ju-52. Он атаковал один из них, но сбил только с 4-й попытки – опыта воздушных боев ещё недоставало. На другие транспортники боекомплекта уже не хватило.

11 Декабря 1942 года экипажи полка, вылетев на задание по прикрытию войск, обнаружили заманчивую цель – Ju-52, шедшие без истребительного сопровождения. Группа из 18-ти транспортников в районе Красноармейска подверглась обстрелу зениток, 8 самолетов проскочили зону их огня и продолжили полёт к центру “котла”, остальные повернули назад. Отвернувшую десятку “Лавочкины” нагнали почти над аэродромом своего базирования. В этот раз Пётр пополнил число своих побед, сбив три “Юнкерса”. За успешное выполнение заданий по срыву “воздушного моста”, Базанову была вручена первая награда – орден Отечественной войны 1-й степени.

Следующую свою победу Пётр Базанов одержал 22 Февраля 1943 года в период битвы за Ростов – на – Дону. Парой вылетели на разведку войск противника. При возвращении увидели, что вблизи линии фронта, на довольно большом удалении от Ла-5, пара Ме-109 атакует одиночный “Бостон”. Лётчики не успели прийти на помощь – немцы добились своего раньше. Сбив советский бомбардировщик, немцы пошли на бреющем на свою территорию. Базанов, находясь выше ведомого Ме-109 на 800 – 1000 метров, перевёл свой Ла-5 в пикирование на встречных курсах и, с короткой дистанции открыв огонь по “Мессеру”, сбил его. Лётчик выбросился на парашюте.

“Очередью ему прострелило ногу и руку. Его отправили в госпиталь в Новочеркасске. Это был Ас из группы “Удет”, он имел 72 сбитых самолета, хорошо знал русский язык, поскольку в ЭО-е годы обучался лётному делу в СССР, в Липецкой школе”. Вскоре Базанову сообщили, что сбитый им Обер – лейтенант хотел бы увидеть своего победителя. Пётр пошел в госпиталь. Разговор был коротким. Немец рассказал, что в том вылете он был ведомым у командующего эскадрой ! “Моя задача – прикрывать ведущего. Я увлекся контролем за его полетом и прозевал вас. Вам повезло, что я вас не видел. Финал мог бы быть обратным. У меня большой опыт и налёт на самолетах. Я летаю 12 лет, воевал в Испании, Франции и других странах !”. “Не надо зевать”, – ответил Пётр. На этом и расстались.

Весной 1943 года полк перебросили на Кубань. 3-й ГвИАП прибыл туда 1 Мая, в самые горячие дни. За неделю участия в Кубанском воздушном сражении Базанов совершил 45 боевых вылетов, участвовал в 40 воздушных боях, увеличил свой боевой счет, сбив два Ме-109. Но 9 Мая в очередном бою его самолёт был серьезно повреждён. “Ежедневно мы совершали минимум по 5 вылетов, уставали сильно, и сбили меня только потому, что накопилась усталость, притупилась бдительность”. Лётчик не покидал поле боя, пока была возможность, и только когда истребители противника стали выходить из сражения, пошёл на свой аэродром, где совершил посадку на брюхо.

После полученного в бою ранения Базанов лечился в госпитале. После выписки некоторое время облётывал самолеты, поступавшие из ремонта, а затем вместе со звеном молодых летчиков вылетел на фронт, в состав полка. 3-й ГвИАП уже вёл воздушные бои над Курской дугой. Пётр Базанов вступил в сражение во время сражения за Белгород. Возросший опыт, внимание к воздушной обстановке, хорошая осмотрительность позволяли ему избегать неприятных моментов и не подставлять хвост своего Ла-5 под очереди истребителей противника. Он увеличил свой счет, сбив Ju-88, Не-111, FW-190, Ме-109 и Dо-215. Но самое главное состояло в том, что не несли потерь прикрываемые группой Базанова штурмовики и бомбардировщики. Они приходили к целям, бомбили их, а затем возвращались домой.

Особо запомнился бой над Днепром в районе Переяславль – Хмельницкого. 2 Ноября 1943 года командование полка поставило задачу: прикрыть группу штурмовиков до цели и обратно. На сопровождение вылетела шестёрка Ла-5 под командованием Капитана Мудрова. Только перелетели линию фронта – сразу же встретили пару FW-190, которая тут же направилась к Ил-2. Но на пути к штурмовикам находился самолёт Базанова. Завязалась воздушная схватка.

Немцу – ведущему никак нельзя было отказать в мастерстве. Ведя бой на виражах, он уверенно заходил в хвост Базанову. Это увидел Капитан Мудров. Через два виража Петр услышал по радио: “Делай переворот”, а потом – в первой половине переворота: “Выводи, фашист готов…”

Зимой 1943 – 1944 годов полк действовал совместно с войсками 1-го Украинского фронта при ликвидации Корсунь – Шевченковской группировки немецких войск. 1 Февраля Капитану Базанову была поставлена задача: восьмёркой Ла-5 сопровождать две шестёрки Ил-2, наносивших удар по железнодорожной станции Корсунь – Шевченковская – примерно 60 км за линией фронта. При подходе к цели встретили в воздухе 12 самолётов Ju-52. Упускать их было нельзя !

Базанов, руководивший действиями группы прикрытия, дал команду четвёрке истребителей Старшего лейтенанта Скрипунова остаться со штурмовиками, а сам четвёркой пошел в атаку на “Юнкерсов”. Сбил в этом бою 4 транспортника. А всего лётчики “уложили” 10 машин, и кроме того две, подбитые ими, совершили вынужденную посадку.

По возвращении домой Базанов доложил командованию о результатах атаки. Находившийся в это время на аэродроме командир 10-го истребительного авиакорпуса Генерал Головня решил сам проверить сказанное, и в паре с Базановым вылетел в район, где проходил бой. Все оказалось на месте: и 10 костров на земле от догоравших немецких самолётов, и две сидевшие на вынужденной трехмоторные машины. Базанов и Головня несколькими атаками зажгли оба подбитых “Юнкерса”.

“Израсходовали на них весь боезапас, и тут появились два немецких истребителя. Даю команду генералу “курс ЗЗ0″, а сам разворачиваюсь на немцев. Те отвернули от меня, думали, я за ними погонюсь. Но куда гнаться – и так уже на 60 км вглубь вражеской территории залетели ! Нырнул в облака. Горючего хватило только до ближайшего аэродрома. После дозаправки и полёта к своему аэродрому всю дорогу думал: дошёл Генерал до аэродрома или нет ?

Вернулся домой, прошёл над лётным полем – не видно его “Яка” ! Едва сел, подруливает лимузин и вылезает из него Генерал Головня. Оказалось, он не расслышал точно курс и взял направление 30 градусов. Долетел до Киева, восстановил ориентировку и вернулся назад. Хорошо, что летел на Як-9, у того большой запас горючего”.

Пётра Базанова за успешное выполнение задания наградили вторым орденом Отечественной войны 1-й степени. Позже вручили также и орден Красного Знамени. На следующий день Базанов в паре со Старшим лейтенантом Герасимовым вылетел на разведку посадочных площадок немецкой транспортной авиации и в районе станции Таганча обнаружил аэродром немцев с сидящими на нём девятью Ju-52. Штурмовым ударом один самолет был им уничтожен. В последующие дни Базанов, продолжая вести разведку немецких аэродромов, записал на свой счет ещё несколько уничтоженных самолетов.

К Февралю 1944 года заместитель командира эскадрильи 3-го Гвардейского истребительного авиаполка Гвардии Капитан П. В. Базанов совершил 219 боевых вылетов, уничтожил 19 самолетов противника лично и 3 в групповых боях.

Летом 1944 года выдался короткий отпуск, а потом – опять бои. Лётчики участвовали в Проскуровской и Львовско – Сандомирской операциях, освобождали Закарпатскую Украину. В тот период полку поручались задания на сопровождение штурмовиков и разведку. Экипажи летали и на “свободную охоту”, но не за воздушными, а за наземными целями: немецкая авиация высокой активности уже не проявляла. В непривычной для себя роли лётчика – штурмовика Базанов также добивался успехов. 16 Августа 1944 года четвёрка истребителей, ведомая им, вылетела на сопровождение Ил-2. По маршруту следования Пётр обнаружил бензохранилище противника. После совместного со штурмовиками удара по подвернувшейся цели на земле произошло три мощных взрыва.

26 Октября 1944 года, за успешную боевую деятельность, Пётру Васильевичу Базанову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Весной 1945-го 3-й ГвИАП получил в Сейме новые истребители Ла-7 и на них вылетел на фронт. Конечной точкой маршрута был аэродром Оберглогау, в Германии. Долгое время пробыли в резерве и, наконец, вечером 8 Мая им поставили задачу – нанести удар по немецкому аэродрому, удаленному от места базирования полка на 150 км: там находилось около 200 самолётов противника. Но ранним утром 9 Мая надобность в вылете отпала… За время войны П. В. Базанов совершил 362 боевых вылета, провёл 62 воздушных боя, сбив при этом лично 22 и в группе с товарищами 6 самолётов противника.

После войны Пётр Васильевич продолжил службу в ВВС. В 1947 году перешёл с поршневых машин на реактивные. Сначала переучился на Як-15, а спустя время – и на МиГ-9. Впоследствии МиГ-9 стал основным самолетом, поступившим на вооружение 3-го ГвИАП. Обе машины – и яковлевская, и микояновская, понравились Базанову, хотя у каждого истребителя были свои особенности.

“Як-15 – как спортивная машина. Легкий в управлении, позволяет выполнять любые фигуры сложного пилотажа. Правда, продолжительность полета – всего 30 минут. МиГ-9 – машина посолиднее, и продолжительность полета – уже 1 час 20 минут. Но всё равно: при перебазировании везли эти самолеты по железной дороге, вместе с собой”. И не потому, что дальности полета не хватало. Ресурс первых реактивных двигателей был чрезвычайно мал. У Як-15 он составлял 10 часов, у МиГ-9 – 20…

При такой мизерной наработке основную долю в эксплуатации новой реактивной техники занимало время на замену двигателей. И не удивительно, что к 1950 году, когда П. В. Базанов приступил к полётам на МиГ-15, его налёт на реактивной технике составлял всего 100 часов ( за 3 года ! ). Тем не менее, к тому моменту лётчик освоил не только пилотаж на реактивных истребителях, но и их боевое применение.

Как имевший опыт полётов на реактивных самолетах, Пётр Базанов был командирован в одну из истребительных авиачастей, где переучивал лётный состав на новую технику. В дальнейшем он освоил и другие боевые самолёты семейства “МиГ”: МиГ-17, МиГ-19, МиГ-21 ( модификаций Ф-13, ПФ, ПФМ ); а позже были и вертолеты: Ми-1, Ми-4, Ми-2, Ми-8, Ми-24.

В 1958 году он окончил Военно – Воздушную Академию ( ныне – имени Гагарина ), в 1973 – Высшие Академические курсы при Академии Генерального штаба. Находился на различных руководящих должностях в ВВС. Был командиром полка, истребительной авиадивизии ( фото справа вверху ), командующим Воздушной Армии. Долгое время работал в Главном Штабе ВВС, в отделе боевой подготовки, службе безопасности полетов. Заслуженный военный летчик СССР. С 1985 года Генерал – Лейтенант авиации П. В. Базанов – в отставке. Последние годы живёт в Москве.

Для поддержки нашего сайта (http://www.bazanov.info), оплаты сервера и домэна, нуждаемся в материальной поддержке.

В связи с этим, специальное предложение))))

Если кто-то уже давно хотел создать свой блог или свою страницу (о себе, о профессии и пр.), тот может получить свой собственный интернет адрес ( на пример http://konstantin.bazanov.info ).

Технические характеристики:

• 50 MB
• MySql
• PHP5
• Email
• Blog (Wordpress) / CMS (joomla!, drupal etc)
• Техподдержка

Весь пакет: 25,-€ / год

Так же принимаются и просто пожертвования)))

За подробной информацией обращаться на k . bazanov @ googlemail . com (пробелы убрать)

С уважением,
Konstantin Bazanov

Всем Базановым желаю умопомрачающей духозахватывающей нагероическиепоступкиталкающей и ответной любви!

Среди Базановых были знатные купцы, состоявшие в гильдии купцов, но герба не имели.

После того, как удалось собрать многих однофамильцев и дальних родственников, мы планируем создать символику клуба – герб, которого никогда не было ни у одного рода Базановых, объединяющего нас всех.

Поэтому наш проект нуждается сейчас в поддержке знатоков геральдики или просто хорошо владеющих карандашом.

Истории Базановых связывала с такимигородам, как Томск, Пермь, Орёл, Питер. Идеи можно черпать из их геральдики.

Примеры геральдики знатных родов можно найти в интернете или здесь.

В Карлсруэ (Германия), где я работаю и учусь.

Родился в Киеве.

Уважаемые Базановы!

Появилась статья о нашей фамилии в Wikipedia. Пока что только немного информации, но со временем будет расти, я уверен

И так: ссылка на страницу Wikipedia

Искренне Ваш,

Константин Б.

Нашёл на странице г. Пермь (http://www.permv.ru) статейку о купце Базанове (Архивный номер №15 от 23 апреля 2003), есть так же на wikipediaАвтор: Максим ОБОРИН, по книге Н. Баяндиной «Пермь купеческая»:

НЕ ХУЖЕ ФИНСКОЙ…
280 лет Перми

Пермский купец первой гильдии Николай Дмитриевич Базанов (1834–1895 гг.) происходил из известного купеческого рода. Один из его родственников — дядя Иван Иванович — был одним из основателей Ленских золотых приисков. Николай Дмитриевич получил образование в семье. Дом его отца располагался на углу Сибирской и Покровской улиц (сейчас в этом здании, надстроенном позднее, находится магазин «Мелодия»).
В 1863 году Н. Д. Базанов купил у Д. Д. Смышляева канатно–прядильную фабрику. Благодаря его усилиям на фабрике была проведена значительная для того времени модернизация производства — конная тяга была заменена на паровую, трепку пеньки стали производить станками, приводимыми в движение механической силой, было организовано производство бечевы, которая ничуть не уступала финской, особенно ценившейся в XIX веке. Дело приносило солидную прибыль. Н. Д. Базанов принимал самое деятельное участие в жизни города: был гласным уездного и губернского земских собраний, гласным городской Думы. На средства семьи Базановых, завещанные городу, было построено здание Екатерино–Петровского училища. Ныне в нем располагается Пермское музыкальное училище (ул. Большевистская, 71).

ссылка 1: http://www.permv.ru/number/details/402
ссылка 2: http://www.gorodperm.ru/data280_29.asp

Продолжаем серию зарисовок из истории города Перми.
«Не корысти ради…»

Широкая благотворительная деятельность была давней традицией русского купечества. По масштабам пожертвований «на благие цели» сословию купцов не было равных. Подобные традиции существовали и в Перми.
Дамское попечительство о бедных, Пермская общественная Александровская богадельня, Комитет по разбору и призрению нищих, Пермское отделение Российского общества Красного Креста – вот лишь часть заведений, на которые пермское купечество жертвовало гигантские по тем временам суммы денег, свои дома, земли. Братья Каменские, семья Любимовых, Мешков, Кропачев, Базанов и многие другие «щедрой рукою» отдавали свои кровные на церкви, приюты, богадельни…
Такие действия купечества поощрялись государством. Благотворительность, как правило, открывала купечеству практически единственную возможность получить почетные звания, чины и ордена. Таким образом, например, можно было заслужить право на получение личного почетного гражданства. Это способствовало повышению престижа предпринимателя и, конечно, благотворно отражалось на коммерческой его деятельности.
Однако не следует думать, что, внося огромные суммы денег на приюты и богадельни, пермские купцы преследовали лишь корыстные интересы. Благотворительное подвижничество восходит корнями к национальным традициям русского народа, его религиозным ценностям. Истинным мотивом таких поступков являлось сочувствие и милосердие, «нравственная обязанность имущего спешить на помощь неимущему».

По материалам книги Н.П. Баяндиной «Пермь купеческая»

ссылка: http://www.gorodperm.ru/novosti.asp?id=1642&LastRec=10

Базанов, Иван Александрович, ученый юрист. Родился в 1867 году. Окончил курс на юридическом факультете Московского университета. После защиты магистерской диссертации: “Происхождение современной гипотеки” (М., 1900), назначен профессором гражданского права и судопроизводства в Томском университете, ректором которого состоит в настоящее время. Сухой излагатель фактического материала, Б. делает, однако, попытки связать юридические явления с условиями хозяйственного быта. В 1909 году он примкнул к небольшой группе крайне правых профессоров некоторых провинциальных университетов, составившей союз для борьбы с забастовками и так называемой “левой” профессурой. Кроме диссертации, Б. принадлежат: “Основные черты гражданско-правового строя крестьян по положениям 19 февраля” (актовая речь, Томск, 1902); “Проект устава молочных товариществ” (Томск, 1902); “Вотчинный режим в России” (докторская диссертация, Томск, 1910).

ссылка: http://www.rulex.ru/01020475.htm

Более подробная информация об Иван Александрович Базанове.

На странице http://civil.consultant.ru есть работа Д.О. Тузова “Первый цивилист Сибири (о жизни и творчестве Ивана Александровича Базанова)” в которой описывается жизнь и деятельность И.А. Базанова (Затем его исследование в ел. виде). В предисловии пишет Ольга Морель, французкий дипломат, о своём дедушке.

Ольга Морель

Я только внучка Ивана Александровича Базанова, французский дипломат, а не русский юрист! Но для меня, для моих детей – большая радость и честь, что издательство “Статут” решило переиздать в серии “Классика российской цивилистики” первую важную работу моего деда “Происхождение современной ипотеки. Новейшие течения в вотчинном праве в связи с современным строем народного хозяйства” (1900).

Образ Ивана Александровича остался живым и светлым в нашей семье. Его сын, Всеволод Иванович, мой отец, тоже был юристом по образованию, а потом и историком, выбрав своим научным поприщем римское право и историю государственных и религиозных институтов Рима, преподавал в Сорбоннском Университете в Париже. Сама я стала дипломатом в Министерстве иностранных дел Франции, служила советником во французском посольстве в Москве (1975-1979), а когда муж стал послом в России, последовала за ним в Москву. В Томске, где мы в 1995 г. находились с официальным визитом, мне подарили именно эту книгу об ипотеке, и впервые я смогла вникнуть в мир и труд моего деда. Это было необыкновенным подарком!

Отец, как и я, как и дети мои, остались верны, каждый в своей области, светлому примеру Ивана Александровича – ученого, глубоко понимавшего свой долг перед обществом и родиной.

Ольга Морель. Рим, 10 февраля 2004 г.

http://civil.consultant.ru/elib/books/26/page_1.html

На официальной странице администрации г. Пермь я нашёл информацию о Базанове Дементие Фомиче – почётной граждане города.

Почетные граждане города, краткая характеристика их заслуг

До 1917 года существовало два типа почетного гражданства для городских жителей. Одно из них было введено манифестом 1832 года и устанавливало особые привилегии для лиц, получивших его как потомственное так и личное почетное гражданство: освобождение от рекрутской повинности, подушного оклада, телесных наказаний, давало избирательные права. Получение почетного гражданства было ограничено определенными требованиями, связанными с происхождением, образованием, чином представляемого к званию лица и утверждалось правительствующим Сенатом (за исключением тех, кто получал это звание по рождению) или по представлению Министра финансов и комитета министров – императором.

Потомственные и личные Почётные граждане, проживавшие в г.Перми в 1863-1917 годах:

• …
• Базанов Дементий Фомич – купец 1-й гильдии, в 1863, 1880, 1888-1890, 1892-1895 – почетный член губернского попечительства детских приютов.
• …

ссылка: http://www.gorodperm.ru/pochet_grajd.asp

Российский литературовед, член-корреспондент АН СССР (1962). Окончил Горьковский университет в 1931 г. Заведующий отделом литературы Карело-Финского филиала АН СССР (1948-1952). Директор Института русской литературы АН СССР (Пушкинский дом) с 1965 г. Его работы посвящены русской литературе XIX века, творчеству декабристов, революционных народников, фольклору. В 1958-1968 гг. — главный редактор журнала “Русская литература”.
ссылка: http://www.persons.com.ua/search_g.php?WPersonId=4587 (надо пройти регистрацию)

Биография

В историю советской науки В. Г. Базанов вошёл как выдающийся исследователь русской литературы, автор широко известных книг о декабристах и поэтах пушкинской поры, горячий энтузиаст народознания, открывший многие новые пути в изучении народного творчества и народной культуры.

В русской литературной науке ещё на заре её существования сложилась одна поистине замечательная традиция: русский учёный-филолог, какова бы ни была его основная специальность — древняя литература или фольклор, западноевропейская филология или же отечественная литература нового времени, — всегда был, как правило, человеком необычайно широкого научного кругозора и исключительного разнообразия научных интересов, среди которых — и это следует особенно подчеркнуть — особо важное место занимали вопросы народной поэзии. Ф. И. Буслаев и А. Н. Веселовский, А. Н. Пыпин и Л. Н. Майков, Я. К. Грот и Н. С. Тихонравов — эти ученые, стоявшие у истоков русского литературоведения, не только заложили его основы, но и воплотили в себе характернейший тип русского филолога.

Развитая и укреплённая в дооктябрьской русской науке такими выдающимися учеными, как А. А. Потебня, С. Ф. Ольденбург, М. Н. Сперанский, традиция эта была продолжена в советское время целым рядом исследователей — А. С. Орловым и В. Н. Перетцем, В. М. Жирмунским и В. Я. Проппом, А. П. Скафтымовым и М. М. Бахтиным, Н. И. Конрадом и В. В. Виноградовым, В. П. Адриановой-Перетц и Д. С. Лихачевым.

В этом же ряду стоит и имя Василия Григорьевича Базанова.

Свой путь в науке В. Г. Базанов начал очень рано (университет он окончил в 1931 г., двадцати лет от роду). Столь же рано определились и его научные интересы и вкусы: уже в первых своих статьях он заявил о себе как исследователь, которого интересуют фольклорные истоки литературы, та сложная, проникнутая борьбой различных литературно-общественных традиций атмосфера, в которой происходит творческое становление писателя. Такая направленность научных интересов возникла у него естественно и органично: изучение фольклора Карелии, края, который в классические времена русского собирательства называли «Исландией русского эпоса», сделало естественным его обращение к материалам и творческому наследию многих выдающихся деятелей русской культуры, внесших огромный вклад в дело отечественного собирательства; в свою очередь изучение их творчества по необходимости включало в себя исследование принципов их работы с фольклором и — шире — изучение современного им состояния фольклорной традиции. Наиболее известные работы В. Г. Базанова «карельского» периода — статьи «О поэзии Глинки (1938), «Фольклор Советской Карелии» (1938), «Родина народных певцов и сказителей» (1940), «П. И. Рябинин-Андреев и его предки» (1940), книги «За колючей проволокой. Из дневника собирателя народной словесности» (1945), «Карельские поэмы Федора Глинки» (1945).

В этот же период в творчестве В. Г. Базанова наметился еще один важный аспект, который в дальнейшем приобретет в его трудах совершенно особое значение: его научные интересы со временем все более сосредоточиваются на творчестве поэтов пушкинской поры, главным образом поэтов-декабристов, вследствие чего и социально-эстетическая роль фольклора открывается ему многими новыми своими стронами. Прослеживая эту роль в творчестве Ф. Глинки, К. Рылеева, А. Бестужева, В. Кюхельбекера, А. Одоевского, выявляя особое значение, которое имел фольклор в становлении их взглядов на народную жизнь, В. Г. Базанов, в сущности, уже тогда очень близко подошел к мысли о фольклоре как источнике революционного народознания, к мысли, которая в будущем составит основу его наиболее фундаментальных исследований.

С 1945 г. научная деятельность В. Г. Базанова тесно связана с Институтом русской литературы (Пушкинским Домом) АН СССР. Продолжая углубленную разработку проблем декабристской литературы (книги «Вольное общество любителей Российской словесности» (1949), «Поэтическое наследие Федора Глинки» (1949), «Поэты-декабристы» (1950), «Очерки декабристской литературы. Публицистика. Проза. Критика» (1953)), В. Г. Базанов, как и прежде, ведет обширную работу в области фольклористики. Он пишет ряд исследований по истории фольклористики («А. Ф. Гильфердинг и его “Онежские былины”» (1949), «Павел Иванович Якушкин» (1950)), принимает активное участие в издании многих крупных памятников русского фольклора, направляет собирательскую работу фольклористов института. В 1958 г. он становится во главе редакции только что организованного журнала «Русская литература», «фольклорный» отдел которого вскоре же превращается в один из крупнейших центров фольклористической работы в стране.

На протяжении 50—60-х гг. В. Г. Базанов опубликовал целый ряд статей, по проблематике своей настолько оригинальных и необычных, что в них поначалу далеко не сразу угадывалась связь с традиционными проблемами фольклористики. Это статьи «И. И. Введенский и Н. Г. Чернышевский (К истории русской фольклористики)» (1956), «Семейные и местные предания в “Автобиографии” Н. Г. Чернышевского» (1958), «Н. Г. Чернышевский и А. С. Зеленой (К проблеме народного просвещения)» (1959), «Новые люди или нигилисты? (К истории русского демократического народоведения)» (1959), «Поэма “Кому на Руси жить хорошо” и крестьянское политическое красноречие» (1959), «Добролюбов и народознание» (1962), «Илья Муромец — крестьянский революционер» (1963), «Накануне “хождения в народ”» (1964), «К истории тюремной поэзии революционных народников 70-х годов» (1966), «Проблема “литературного фольклора” в русском революционном движении XIX в.» (1968), «Хождение в народ и книга для народа» (1970). Не вполне очевидной была на первых порах связь этих работ и с проблематикой предшествующих исследований самого В. Г. Базанова. Однако уже после статьи «Новые люди или нигилисты?» и особенно статьи «Добролюбов и народознание» стало ясно, что В. Г. Базанов продолжает разрабатывать «свою» тему, но при этом горизонты ее обозначены им настолько широко и смело, что появились все основания говорить о принципиально новом подходе к изучению фольклора, о новом и чрезвычайно перспективном направлении в фольклористике.

Итогом этих многолетних разысканий явилась книга «Русские революционные демократы и народознание» (1974). Сформулировав в ней основные принципы своего подхода к изучению фольклора, В. Г. Базанов блистательно продемонстрировал их на огромном фактическом .материале.

Суть этого подхода заключается прежде всего в том, что фольклор рассматривается не только как предмет специальной науки — фольклористики, — традиционно выводимой из литературоведения и этнографии, но и как часть предмета более широкой, более всеобъемлющей социально-научной дисциплины — демократического народознания. «Фольклористика, — пишет В. Г. Базанов, — входит в народознание, составляет один из важнейших разделов науки о народном мировоззрении, об экономической, умственной и эстетической жизни русского крестьянина… В нераздельности проблем — литература и фольклор, народный быт и революционное просвещение, социология и фольклористика — состоит своеобразие демократического народознания на втором этапе освободительного движения в России» (Базанов Вас. Русские революционные демократы и народознание. Л., 1974, с. 6).

Отсюда вытекает и второе, не менее важное, методологическое требование, предписываемое исследовательской стратегией демократического народознания, — необходимость жанрового расширения понятия «фольклор». «Чтобы понять своеобразие демократической фольклористики, принявшей на себя функции социалистического народознания, необходимо расширить само понятие фольклор. Если изучение фольклора ограничивать ведущими жанрами (былины, сказки, песни, обрядовая поэзия), то народное творчество пореформенной эпохи будет явно сужено, представлено односторонне. Не успевая укладываться в законченные художественные формы и композиции, современная крестьянская действительность, в частности борьба за землю и волю, находит наиболее полное отражение в толках и слухах, в местных преданиях, которые еще не являются собственно художественным фольклором. В связи с новым публицистическим фольклором временнообязанных крестьян особого внимания заслуживают агитационные речи «возмутителей» и «лжетолкователей» царского манифеста. Народные толки: и крестьянское политическое красноречие, на наш взгляд, многое определяли в судьбах традиционного крестьянского фольклора. Летучая публицистика способствовала идейному переоформлению традиционных сюжетов, распространению социальных мотивов, злободневности материала» (там же, с. 7).

Такое понимание фольклора позволяет лучше представить многообразие его форм, сложный и противоречивый характер его исторической жизни, специфику историко-фольклорного процесса в целом. Раскрывая научный и социально-политический смысл теоретических положений Чернышевского и Добролюбова, привлекая богатейший и почти не изученный материал, характеризующий собирательскую, литературную и революционно-пропагандистскую практику народников 70-х гг., В. Г. Базанов во всей полноте раскрывает сущность того принципиального поворота, который революционно-демократическое народознание придало развитию русской фольклористики в последней трети XIX в. Главная цель демократического народознания состояла в постижении основных законов развития народного сознания и народного мировоззрения, в комплексном изучении народной социальной истории, экономического быта и народного художественного творчества, важнейших событий народной жизни.

«Хождение в народ» не ставило перед собой строго научные цели. Но в фольклорно-этнографическое изучение крестьянской России демократы-революционеры внесли свой вклад, причем большой и принципиальный. Они повернули фольклористику и этнографию к современности, к насущным вопросам крестьянской действительности,, вооружили народознание «теорией трудящихся»… Демократическое народознание, — заключает В. Г. Базанов, — не нами придуманная проблема, она выдвинута пореформенной жизнью России, общественным движением, подсказана народом и выстрадана русскими революционерами» (там же, с. 540 и сл.).

Таким образом, исследование В. Г. Базанова с исчерпывающей полнотой и конкретностью воссоздает характер и самую динамику тех важнейших и знаменательнейших процессов, которые происходили в народном социально-эстетическом сознании и в русской науке на втором этапе освободительного движения в России. Это было крупное открытие, в равной степени относящееся и к фольклористике, и к литературоведению, и к истории общественной мысли. Но значение книги «Русские революционные демократы и народознание» состоит еще и в том, что она продолжает и развивает проблематику предшествующих исследований В. Г. Базанова и в этом своем качестве позволяет представить процесс развития русского революционного народознания, определяемый развитием освободительного движения в России в органическом единстве двух первых его периодов. Благодаря этому появилась возможность, с одной стороны, говорить об определенных закономерностях данного процесса, с другой же — лучше понять существо тех форм, которые приняло народознание в последующие периоды. Народознание, в трактовке В. Г. Базанова, есть понятие диалектическое. Диалектика его в том, что, сопоставленное с фольклористикой литературоведением и литературой, оно может рассматриваться то как некое целое по отношению к своим частям, то, напротив, как их составная часть, необходимое условие их развития. Скажем, фольклористика в той мере, в какой она является наукой об определенной стороне духовной жизни народа, есть безусловно часть народознания. Однако в той мере, в какой она является специальной наукой, имеющей свой предмет и свои специальные методы, она есть не только народознание.

В принципе то же самое можно сказать и о художественной литературе. Она также является, строго говоря, одной из форм народознания, и совершенно так же народознание оказывается для нее необходимым условием наиболее глубокого постижения ею реальной действительности.

Этой стороне проблемы посвящены многие работы В. Г. Базанова последнего времени. «Об одном стихотворении» (1967}, «Оглядываясь на пройденный путь (К спорам о Державине и Карамзине)» (1969), «Поэзия Сергея Есенина» (1975), «Гремел мой прадед, Аввакум! (Аввакум. Клюев. Блок)» (1976), «“Плач о Есенине” Николая Клюева» (1977), «Олонецкий крестьянин и петербургский поэт» (1978), «Древнерусские ключи к “Ключам Марии” С. А. Есенина» (1978), «От мифа о “вечном древе” к социально-этической утопии (Сергей Есенин и Николай Клюев)» (1978), «Поэма о древнем Выге» (1979) — все эти статьи дают широкое представление как об источниках постижения литературой народной жизни, так и о богатейшем разнообразии самих форм этого постижения, т.е. в конечном счете вообще о литературе как художественной форме народознания. Нельзя не заметить, что в этих статьях, как и прежде в статьях о демократическом народознании, тоже видны весьма явственные признаки определенного проблемно-тематического цикла. И цикл этот, в сущности, есть не что иное, как третья часть той трилогии, первые две части которой — «Очерки декабристской литературы» и «Русские революционные демократы и народознание» — уже заняли свое место в истории науки, той трилогии, которая по праву могла бы называться «Литература и Народ». Потому что и все творчество Василия Григорьевича Базанова, историка литературы и фольклориста, публициста и литературного критика, неразрывно связано именно с этой великой темой.

Л. И. Емельянов
(По изд.: Русский фольклор. Поэтика русского фольклора.
Л.: Наука, 1981. Т. XXI. С. 223-226)

СПИСОК ОПУБЛИКОВАННЫХ ТРУДОВ В.Г. БАЗАНОВА В ОБЛАСТИ
ФОЛЬКЛОРА И ФОЛЬКЛОРИСТИКИ (1937—1979)

(Составитель М. Я. Мельц; по изд.: Русский фольклор. Поэтика русского фольклора.
Л.: Наука, 1981. Т. XXI. С. 211-217)

Литература Советской Карелии. — В кн.: Карелия. Лит.-худож. сб. Карел. союза сов. писателей. Петрозаводск, «Кирья», 1937, с. 229—243.

С. 235—236, 242: Фольклор в творчестве писателей Сов. Карелии.

Ценный вклад. — Красная Карелия, Петрозаводск, 1938, 20 апр., № 90.

Рец. на кн.: Песни и сказки на Онежском заводе. Сб. Петрозаводск, 1937.

Советскойн Карелиян фольклора. — Карелия, Петрозаводск, 1938, № 6—7, с. 131—140 (на карел, яз.).

О поэзии Глинки. — Лит. критик, 1938, № 9—10, с. 293—306.

С. 295—296, 299, 304: Обращение Ф. Н. Глинки к устн. нар. творчеству.

Фольклор Советской Карелии. — Лит. современник, 1938, № 9, с. 199—209.

Карелия. Лит.-худож. альманах Карел. союза сов. писателей. Фольклор Карелии. Петрозаводск, Карел. гос. изд-во, 1938. 139 с.

Составление сборника (совместно с А. Н. Лозановой, А. Д. Соймоновым).

У сказителя М. М. Коргуева. — Комсомолец Карелии, Петрозаводск, 1939, 4 апр., № 53.

Былина о Рахте Рагнозерском. — На рубеже, Петрозаводск, 1940, № 1, с. 26—27.

Предисловие к тексту, записанному от Н. В. Кигачева.

Мастер волшебно-героической сказки [М. М. Коргуев]. — Красная Карелия, Петрозаводск, 1940, 22 марта, № 67.

Родина народных певцов и сказителей. — На рубеже, Петрозаводск, 1940, № 2—3, с. 51—55.

Народные сказители. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1940, 13 окт., № 237.

Мечта осуществилась. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1940, 16 окт., № 238.

Анализ рун «Калевалы».

Мастерство сказки. — Лит. современник, 1940, № 10—11, с. 208—210.

Рец. на кн.: Беломорские сказки, рассказанные М. М. Коргуевым. М., 1938; Сказки М. М. Коргуева, кн. 1, 2. Петрозаводск, 1939.

Былины П. И. Рябинина-Андреева. Петрозаводск, Каргосиздат, 1940. 143 с. (Карел. науч.-исслед. ин-т культуры).

Подгот. текстов; статья «П. И. Рябинин-Андреев и его предки» (с. 6—32); примечания.

Рец.: Кутасов И. — На рубеже, Петрозаводск, 1940, № 1, с. 39—40.

Карелия в художественной литературе. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1940. 313 с. (Науч.-исслед. ин-т культуры К.-Ф. ССР).

Составление сборника (совместно с С. С. Шлеймовичем).

За дальнейший расцвет народного творчества. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1941, 11 янв., № 9.

Сокращ. стенограмма доклада, прочитанного на I съезде сов. писателей Карелии.

Устное народное творчество и работа с носителями фольклора. — На рубеже, Петрозаводск, 1941, № 1—2, с. 42—55.

Доклад на I съезде сов. писателей Карелии.

Прения по докладу. — Там же, с. 56—65.

Первые переводы «Калевалы» на русский язык. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1941, 22 июня, № 145.

Герои русских былин. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1943, 19 окт., № 214.

Поэзия Печоры. Сыктывкар, Комгиз, 1943. 76 с.

Рец.: Леонтьев Н. — Новый мир, 1948, № 9, с. 251—252.

Былины о Красной Армии. [Б. м.], Госиздат К.-Ф. ССР, 1943. 42 с.

Предисловие (с. 3—5); подгот. текстов; редактор сборника.

О Ленине. Былины и сказы. [Б. м.], Госиздат К.-Ф. ССР, 1943. 40 с.

Предисловие (с. 3—6); составление сборника.

Советские сказки. [Б. м.], Госиздат К.-Ф. ССР, 1943. 48 с.

Составление и редактура сборника.

Сказки Филиппа Павловича Господарева. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1944, 10 марта.

Рец. на кн.: Сказки Ф. П. Господарева. Зап. текстов и вступ. статья Н.В. Новикова. Петрозаводск, 1941.

Про изверга-немца. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1944, 16 мая, № 98.

Рец. на кн.: Про изверга-немца. Старинные карело-финские народные песни. Сост. В. Я. Евсеев. [Б. м.], 1943.

Народные предания о Петре I. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1944, 16 июня, № 120.

Певец из далекой деревни Гартицы [Т. Г. Рябинин]. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1944, 7 ноября, № 226.

Сказы Заонежья. — Правда, 1944, 8 дек., № 294.

Сказки Коргуева. (Избранные). [Б. м.], Госиздат К.-Ф. ССР, 1944. 110 с.

Предисловие (с. 3—7); составление сборника.

За колючей проволокой. — На рубеже, Петрозаводск, 1945, № 1, с. 120—127.

Сбор песен, частушек и причитаний, созданных в период Великой Отечественной войны.

Друг Лермонтова в Карелии. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1945, 20 февр., № 35.

С. А. Раевский как фольклорист.

Сто десять лет «Калевалы». — Лит. газ., 1945, 10 марта, № 11.

П. Н. Рыбников в Карелии. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1945, 25 мая, № 103.

Советские фольклористы и изучение фольклора Карелии. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1945, 22 июня, № 124.

Пудожские сказы. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1945, 19 авг., № 166.

Мать и сын. Из дневника пудожской [фольклорной] экспедиции. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1945, 2 сент., № 176.

За колючей проволокой. Из дневника собирателя народной словесности. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1945. 71 с. (Науч.-исслед. ин-т культуры К.-Ф. ССР).

Избранные причитания. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1945. 130 с. (Науч.-исслед. ин-т культуры К.-Ф. ССР. Б-ка рус. фольклора Карелии).

Вступ. статья «Вопленицы и их причитания» (с. 7—13); подгот. текстов.

Рец.: На рубеже, Петрозаводск, 1946, № 1, с. 79; Гофман-Померанцева Э. — Сов. этнография, 1946, № 4, с. 229—230.

Карельские поэмы Федора Глинки. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1945. 128 с.

С. 17, 19, 22, 35, 43, 49, 51, 63, 67, 77—79, 83, 85—87: Обращение Ф. Н. Глинки к устн. поэзии карел; с. 90—100: Глава «Фольклорные мотивы и образы»; с. 101—107: Глава «Переводы карело-финских рун».

Заонежский сказитель [В. П. Щеголенок] у Л. Н. Толстого. — Ленинское знамя, Петрозаводск, 1946, 3 марта, № 46.

Народная словесность Карелии. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1947, 280 с.

Рец.: Рякин М. — Лит. газ., 1948, 11 февр., № 12; Пушкарев Л., Старцева Л. — Сов. этнография, 1948, № 3, с. 209—211.

О проспекте издания сборника «Причитания русского Севера». — В кн.: Научно-исследовательский институт культуры Карело-Финской ССР. Материалы юбилейной сессии Ученого совета. 1931—1946. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР; 1947, с. 99—105.

О фольклоре Советской Карелии. — В кн.: Фольклор Советской Карелии. Подгот. текстов к печати и примеч. А. Беловановой, А. Разумовой. Петрозаводск. Госиздат К.-Ф. ССР, 1947, с. 5—18. (Науч.-исслед. ин-т культуры К.-Ф. ССР. Б-ка. рус. фольклора Карелии).

Вольное общество любителей российской словесности. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1949. 422 с.

С. 245—246, 281—283: Обращение К. Ф. Рылеева и О. М. Сомова к рус. фольклору; с. 305: Исследование А. С. Пушкиным нар. преданий; с. 313: А. А. Бестужев о нар. песнях; с. 335—337, 378, 388: Доклады о фольклоре на заседаниях Вольного общества.

А. Ф. Гильфердинг и его «Онежские былины». — В кн.: Онежские былины, записанные А. Ф. Гильфердингом летом 1871 года, т. 1. Изд. 4-е. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1949, с. 1—28. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Рец.: Богатырев П. Г. Новые издания онежских былин. — Сов. книга, 1951, № 4, с. 96—97; Липец Р.С.— Сов. этнография, 1950, № 4, с. 201—202.

Поэтическое наследие Федора Глинки. (10—30-е годы XIX в.). — В кн.: Глинка Ф. Н. Избранное. Подгот. текстов к печати, примеч. и послесловие В. Г. Базанова. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1949, с. 341—465.

С. 374, 386—389, 396—397, 448, 453: Фольклор в поэзии Ф. Н. Глинки.

То же. [Отд. изд.] Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1950. 128 с.

Поэты-декабристы. К. Ф. Рылеев. В. К. Кюхельбекер. А. И. Одоевский. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1950. 219 с. (АН СССР. Итоги и проблемы совр. науки)..

С. 21, 23—27: Связь «Дум» К. Ф. Рылеева с нар. творчеством; с. 29: Популярность песни «Тройка» на стихи Ф. Н. Глинки; с. 77—85: Создание К. Ф. Рылеевым и А. А. Бестужевым агит. песен; с. 117—121, 132, 141, 144—152, 155—158, 165—167: Обращение В. К. Кюхельбекера, к рус. фольклору и мифу о Прометее; с. 193—195, 205: Фольклорность «Стиха на переход наш из Читы в Петровский завод» и поэмы «Василько» А. И. Одоевского.

Сто лет полного издания «Калевалы». Труды юбил. науч. сессии. Петрозаводск, 1950, 198 с. (АН СССР. К.-Ф. фил. Ин-т истории, яз. и лит.).

Статья «К истории знакомства с “Калевалой” в России» (с. 177—197); редактор тома.

Павел Иванович Якушкин. Орел, Изд-во газ. «Орлов. правда», 1950. 80 с.

Рец,: Молдавский Дм. Образ собирателя устного народного творчества. — Орлов. правда, 1951, 14 апр., № 74; Землянова Л. — Сов. этнография, 1951, № 3, с. 204—207; Молдавский Дм. За народное творчество, против антинародных теорий. — Звезда, 1951, № 9, с. 131—132; Пушкарев Л. Н. — Изв. АН СССР. Сер. истории и философии, 1952, № 1, с. 71—75; Бахтин В. Ценная работа. — В кн.: Орловский альманах, кн. 4. Орел, 1952, с. 164—167.

Очерки декабристской литературы. Публицистика. Проза. Критика. М., Гослитиздат,. 1953. 528 с.

С. 180—198: Фольклорист, интересы декабристов.

Разумова А. П. Из истории русской фольклористики. (П. Н. Рыбников, П. С. Ефименко). М.—Л., Изд-во АН СССР, 1954. 142 с. (АН СССР. К.-Ф. фил. Ин-т истории, яз. и лит.).

Редактор книги.

Карелия в русской литературе и фольклористике XIX века. Очерки. Петрозаводск, Госиздат К.-Ф. ССР, 1955. 310 с.

Рец.: Дружба народов, 1956, № 1, с. 185—186; Громов П. — На рубеже, Петрозаводск, 1956, № 2, с. 177—179.

И. И. Введенский и Н. Г. Чернышевский. (К истории русской фольклористики). — В кн.: Русский фольклор. Материалы и исследования. I. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1956, с. 155—195. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Ф. Н. Глинка. — В кн.: Глинка Ф. Н. Избранные произведения. Л., «Сов. писатель», 1957, с. 5—54. (Б-ка поэта. Большая серия. Изд. 2-е).

С. 38—40, 49—51: Фольклор в творчестве Ф. Н. Глинки.

Проблема эстетического отношения фольклора к действительности у Н. Г. Чернышевского. — Рус. лит., 1958, № 1, с. 117—131.

Ценный труд карельского ученого. — Ленинская правда, Петрозаводск, 1958, 23 марта, № 70.

Рец. на кн.: Евсеев В. Я. Исторические основы карело-финского. эпоса. М.—Л., 1957.

Русский фольклор. Материалы и исследования. III. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1958. 446 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Статья «Семейные и местные предания в “Автобиографии” Н. Г. Чернышевского» (с. 132—152); отв. редактор тома.

Н. Г. Чернышевский и А. С. Зеленой. (К проблеме народного просвещения). — В кн.: Вопросы изучения русской литературы XI—XX веков. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1958, с. 168—176. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Новые люди или нигилисты? (К истории русского демократического народоведения). — Рус. лит., 1959, № 2, с. 149—174.

Поэма «Кому на Руси жить хорошо» и крестьянское политическое красноречие. — Рус. лит., 1959, № 3, с. 28—50.

Спорное в декабристской текстологии. — Рус. лит., 1960, № 2, с. 181—197.

С. 184—191: К вопросу о новых редакциях песен «Царь наш — немец русский» и «Ах, тошно мне»; с. 191—195: Об авторской атрибуции подблюдных песен. Очерки декабристской литературы. Поэзия. М.—Л., «Худож. лит.», 1961. 471 с.

С. 9, 37—39, 43—46, 50—51, 59—60: Место фольклора в романтизме декабристов; с. 175—176, 202, 214, 221, 224—233, 246: Обращение К. Ф. Рылеева к устн. нар. поэзии; создание агит. песен для народа; с. 273—274, 284, 304, 306—309, 314—315, 319—320, 327—329: Фольклор в творчестве В. К. Кюхельбекера; с. 357, 359, 363, 382—384: нар. песня в произведениях А. И. Одоевского; с. 399, 404—406: Использование А. А. Бестужевым устн. творчества якутов; с. 409—411, 414, 428—430: Знание Ф. Н. Глинкой нар. поэзии карел; с. 441—442: Популярность песен на стихи А. А. Бестужева.

Поэтическое наследие Ф. Н. Глинки. — В кн.: Глинка Ф. Н. Стихотворения. Вступ. статья, подгот. текста и примеч. В. Г. Базанова. Л., «Сов. писатель», 1961, с. 5—46. (Б-ка поэта. Малая серия. Изд. 3-е).

С. 12, 15, 38, 44: Фольклор в творчестве Ф. Н. Глинки.

Добролюбов и народознание. — Рус. лит., 1962, № 2, с. 52—75.

Русская народно-бытовая лирика. Причитания Севера. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1962. 598 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Записи (совместно с А. П. Разумовой); вступ. статья «Причитания русского Севера в записях 1942—1945 годов» (с. 3—44); комментирование.

Реферат: Ornatskaja Т. — Demos, Berlin, 1964, Н. 1, Sp. 114—115.

Рец.: Микушев А. К. Спустя двадцать лет… Об одном фольклорном сборнике. — Красн. знамя, Сыктывкар, 1963, 23 дек., № 299; Акимова Т. М. — Изв. АН СССР. Отд-ние лит. и яз., 1963, т. 22, вып. 4, с. 354—355; Домановский Л. В. Обвинительный акт против войны. — На рубеже, Петрозаводск, 1964, № 4, с. 123—124; Покусаев Е. Народно-поэтическая Хотынь. — Волга, 1974, № 7, с. 176—178.

Русский фольклор. Материалы и исследования. VII. М.—Л., Изд-во АН СССР. 1962. 403 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Статья «К вопросу о фольклоре и фольклористике в годы революционной ситуации в России (1859—1861)» (с. 189—216); отв. редактор тома.

Рец.: Померанцева Э. — Вопр. лит., 1963, № 6, с. 225.

Чернышевский и некоторые проблемы демократического народознания. — В кн.: Н. Г. Чернышевский. Статьи, исследования и материалы, 3. Саратов, Изд-во Саратов, ун-та, 1962, с. 23—49. (Саратов. гос. ун-т им. Н. Г. Чернышевского. Гос. Дом-музей Н. Г. Чернышевского).

Рец.: Боровой С. Вклад в новейшую литературу о Чернышевском. — Рус. лит., 1963, № 2, с. 249—250.

Илья Муромец — крестьянский революционер. — Рус. лит., 1963, № 1, с. 158—172.

Поэма революционера-народника С. С. Синегуба «Илья Муромец».

Неизвестные стихотворения Сергея Синегуба. — Рус. лит., 1963, № 4, с. 160—174.

Фольклорность стихов поэта.

Обряд и поэзия. — В кн.: История, фольклор, искусство славянских народов. Доклады сов. делегации. V Междунар. съезд славистов. (София, сент. 1963). М., Изд-во АН СССР, 1963, с. 233—252. (АН СССР. Сов. ком. славистов).

Реферат: Ornatskaja Т. — Demos, Berlin, 1964, Н. 1, Sp. 77—78.

Рец.: Волкова Н. М., Осьмакова Л. Н, Доклады советских ученых, публикуемые к V Международному съезду славистов. — Изв. АН СССР. Отд-ние лит. и яз., 1963, т. 22, вып. 4, с. 328.

Фольклористика и современность. — Рус. лит., 1964, № 2, с. I—XII.

О социально-эстетической природе причитаний. — Рус. лит., 1964, № 4, с. 77—104.

Ученая республика. М.—Л., «Наука», 1964. 463 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

С. 169: Слухи 1825 г. о восстании в Семеновском полку; с. 182—183, 187, 222: Создание К. Ф. Рылеевым и А. А. Бестужевым агит. песен; с. 232—233: Интерес Н. И. Гнедича к нар. словесности; с. 249—257, 286, 351—352, 379—380, 417: Фольклорист, труды А. П. Гевлича, А. А. Никитина, О. М. Сомова, Н. А. Цертелева; с. 264, 269—270, 277—278, 307, 328, 342, 362: Устн. поэзия в худож. творчестве членов Вольного общества любителей российской словесности.

Великорусские сказки в записях И. А. Худякова. М.—Л., Наука, 1964. 301 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом). Памятники рус. фольклора).

Подгот. текстов (совместно с О. Б. Алексеевой); вступ. статья «Накануне “хождения в народ”» (с. 7—49); редактор тома.

Рец.: Яранцев Б. — Новый мир, 1964. № 11, с. 284; Смирнов Ю. И. — Сов. этнография, 1966, № 6, с. 123—129.

Устная поэзия рабочих России. Сб. статей. М.—Л., «Наука», 1965. 189 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Предисловие (с. 3—6); редактор сборника.

Заметки фольклориста. Об историко-сравнительном изучении и его издержках. — Судьба жанра и мнимое новаторство. — Рус. лит., 1966, № 2, с. 220—237.

К истории тюремной поэзии революционных народников 70-х годов. — Рус. лит., 1966, № 4, с. 160—174.

Русские революционные традиции и рабочий фольклор. — Народно стваралаштво (folklor), Београд, 1966, св. 17—19, с. 1407—1413.

Venäläiset romantikot ja Suomi. — Historiallinen Aikakauskirja, Helsinki, 1966, N 4, S. 40—58.

Книга о поэзии Н. А. Некрасова. — Ленинская правда, Петрозаводск, 1967, 9 июня № 134.

Рец. на кн.: Гин М. М. О своеобразии поэзии Н. А. Некрасова. Петрозаводск, 1966. — Фольклор в творчестве поэта.

Об одном стихотворении. — В кн.: Есенин и русская поэзия. Л., «Наука», 1967, с. 46—55. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Фольклорность стихотворения С. А. Есенина «Мой путь».

Проблема «литературного фольклора» в русском революционном движении XIX в. (Тезисы). — В кн.: История, культура, фольклор и этнография славянских народов. VI Междунар. съезд славистов. (Прага, 1968). Доклады сов. делегации. М., «Наука», 1968, с. 336—341. (АН СССР, Ин-т славяноведения).

Рукописное наследие П. А. Ровинского. — В кн.: Rad XIII-ог конгреса савеза фолклориста Jугославjе у Доjрану 1966. године. Скопjе, 1968, с. 391—397.

Оглядываясь на пройденный путь. (К спорам о Державине и Карамзине). — В кн.: XVIII век, сб. 8. Державин и Карамзин в литературном движении XVIII — начала XIX века. Л., «Наука», 1969, с. 18—24. (АН СССР. Ин-т рус. лит. Пушкинский Дом)).

С. 19—20: Нар. классицизм рус. фольклора; с. 21—22: Изображение деревенского быта в стихах Г. Р. Державина.

От фольклора к «народной книге». — В кн.: Академия наук СССР. Отд-ние лит. и яз. АН МССР. Ин-т яз. и лит. Науч. конференция по проблеме «Национальное и интернациональное в литературе и языке». Тезисы докладов и сообщений. Кишинев, 1969, с. 5—7.

Коржан В. В. Есенин и народная поэзия. Л., «Наука», 1969. 199 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Вступ. статья «От редактора» (с. 3—6); редактор книги.

Худяков И. А. Краткое описание Верхоянского округа. Подгот. текста О. Б. Алексеевой. Ред. якут. текстов и примеч. Г. У. Эргиса, Н. В. Емельянова, П. Е. Ефремова. Л., «Наука», 1969. 439 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом). Якут. фил. Ин-т истории, яз. и лит.).

Редактор книги.

Хождение в народ и книга для народа. — В кн.: Агитационная литература русских революционных народников. Потаенные произведения 1873—1875 гг. Подгот. текста и коммент. О. Б. Алексеевой. Л., «Наука», 1970, с. 6—73. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Рец.: Яранцев Б. Народу — языком народа. — Вопр. лит., 1971, № 5, с. 198—199.

Les traditions occidentales et les utopies sociales dans la littérature russe. — In: VI-e congrès de 1’association Internationale de littérature comparée (Bordeaux, 1970). Résumés des communications de la délégation sovie’tique. VI конгресс Международной ассоциации по сравнительному литературоведению (Бордо, 1970). Резюме докладов советской делегации. Л., «Наука», 1970, с. 13—15.

Поэзия крестьянских праздников. Вступ. статья, сост., подгот. к печати и примеч. И. И. Земцовского. Л., «Сов. писатель», 1970. 636 с. (Б-ка поэта. Большая серия. Изд. 2-е).

Отв. редактор сборника.

Русский эпос в литературных интерпретациях XIX века. — In: Problemi attuali di scienze e di cultura. (Atti del convegno internazionale sul tema: La poesia epica e la sua formazione. Roma, 28 marzo — 3 aprile 1969). Roma, Accademia Nazionale dei Lincei, 1970, p. 333—340.

Пер. на итал. яз. — Там же, с. 341—348.

Алексеева О. Б. Устная поэзия русских рабочих. Дореволюционный период. Л., «Наука», 1971. 182 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Отв. редактор книги.

Западные традиции и социальные утопии в русской народнической литературе. — Helikon, Budapest, 1971, № 1, с. 48—51 (на венг. яз.).

Устн. нар. поэзия в произведениях рус. революционеров-народников. Поэзия Сергея Есенина. — В кн.: Есенин С. А. Избранное. М., «Худож. лит.», 1972, с. 3—35.

С. 3, 6, 8—12, 16—17, 33: Обращение С. А. Есенина к фольклору.

От фольклора к народной книге. Л., «Худож. лит.», 1973. 357 с.

Реферат: Рютина Т. В. — Рж «Общественные науки в СССР. Литературоведение», 1975, № 1, с. 98—104.

Peц.: Аникин В. «Народная книга» в истории освободительного движения. — Вопр. лит., 1975, № 2, с. 268—272; Hexelschneider E. — Jahrbuch für Volkskunde und Kulturgeschichte, Berlin, 1977, Bd 12, Neue Folge, Bd 5. S. 259—260.

Поэзия Сергея Есенина. — В кн.: Есенин С. А. Стихотворения. Поэмы. М., «Худож. лит.», 1973, с. 5—24. (Б-ка всемир. лит. Сер. 3 «Литература XX в.»).

С. 7—9, 12—13, 21—23: Фольклор в произведениях С. А. Есенина. Исторические песни XIX века. Издание подготовили Л. В. Домаковский, О. Б. Алексеева, Э. С. Литвин. Л., «Наука», 1973. 284 с. с нот. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом). Памятники рус. фольклора).

Отв. редактор тома.

Русские революционные демократы и народознание. Л., «Сов. писатель», 1974. 558 с.

Реферат: Павлова И. Б.— Рж «Общественные науки в СССР. Литературоведение», 1975, № 4, с. 113—120.

Новое время — новые задачи. — В кн.: Фольклористика Российской федерации. Материалы конференции, посвященной итогам и проблемам изучения народного творчества автономных республик (областей) РСФСР. Ленинград, ноябрь 1972. Л., «Наука», 1975, с. 3—8. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Поэзия Сергея Есенина. — В кн.: Есенин С. А. Стихотворения и поэмы. М., «Худож. лит.», 1975, с. 3—19.

С. 6—7, 11: Фольклор в произведениях С. А. Есенина.

Социальные утопии в русской литературе и западные традиции. — In: Actes du VI-е congrés de l’association internationale de littérature comparée (Bordeaux, 1970). Stutgart, «Kunst und Wissen», 1975, p. 323—326.

Устн. нар. поэзия в произведениях рус. революционеров-народников.

«Гремел мой прадед, Аввакум!» (Аввакум. Клюев. Блок). — В кн.: Культурное наследие Древней Руси. (Истоки. Становление. Традиции). М., «Наука», 1976, с. 334—348. (АН СССР. Отд-ние лит. и яз. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Обращение Н. А. Клюева и А. А. Блока к фольклору.

«Плач о Есенине» Николая Клюева. — Рус. лит., 1977, № 3, с. 192—198.

Фольк. основа «Плача».

Олонецкий крестьянин. — В кн.: День поэзии. 1977. М., «Сов. писатель», 1977, с. 210—212.

Фольк. интересы Н. А. Клюева.

Поэзия Николая Клюева. — В кн.: Клюев Н. А. Стихотворения и поэмы. Сост., под-гот. текста и примеч. Л. К. Швецовой. Л., «Сов. писатель», 1977, с. 5—84. (Б-ка поэта. Малая серия. Изд. 3-е).

С. 5—6, 9—11, 20, 22—35, 39, 41, 45, 48, 55, 58, 62, 67—70, 74-76, 78, 82—83: Обращение Н. А. Клюева к фольклору.

Судьба одного мифа. — Вопр. лит., 1978, № 2, с. 217—239.

Фольклор в поэзии С. А. Есенина и Н. А. Клюева.

Олонецкий крестьянин и петербургский поэт. — Север, Петрозаводск, 1978, № 8, с. 93—112; № 9, с. 91—110.

№ 8, с. 96—97, 99—101, 105—106, 109, 111—112: Знание Н. А. Клюевым устн. поэзии; с. 102—103, 107—108, 110: А. А. Блок и нар. творчество.

№ 9, с. 95, 97, 100, 103—105, 107—110: обращение Н. А. Клюева к фольклору; бытование песен на его стихи в среде духоборов.

Миф — фольклор — литература. Л., «Наука», 1978. 251 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Статья «Древнерусские [и фольклорные] ключи к “Ключам Марии” С. А. Есенина» (с. 204—249); отв. редактор книги.

От мифа о «вечном древе» к социально-этической утопии (Сергей Есенин и Николай Клюев). — В кн.: История, культура, этнография и фольклор славянских народов. VIII Междунар. съезд славистов. Загреб—Любляна, сент. 1978 г. Доклады сов. делегации. М., «Наука», 1978, с. 442—450. (АН СССР. Отд-ние истории. Сов. ком. славистов).

Емельянов Л. И. Методологические вопросы фольклористики. Л., «Наука», 1978. 206 с. (АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом)).

Отв. редактор книги.

Поэма о древнем Выге. — Рус. лит., 1979, № 1, с. 77—96.

Фольклорность поэмы Н. А. Клюева «Погорельщина».

(Кроме вышеперечисленных трудов, ответственным редактором которых выступал В. Г. Базанов, он был членом главной редакции серии «Библиотека русского фольклора Карелии» (1947—1948), членом редколлегии «Русский фольклор» (1956—1961, 1963, 1966, 1968, 1971, 1972), членом редколлегии сб. «Русско-болгарские фольклорно-литературные связи» (т. 1, 2, Л., «Наука», 1976, 1979), являлся членом главной редакции серии «Памятники русского фольклора (с 1960 г.), членом редколлегии издания «Русская литература и фольклор» (с 1970 г.).